Пионеры полярных зорь

Если подняться в небо над нашим районом, то взору предстанет результат колоссального труда многих тысяч трудолюбивых рук, создавших уникальную, мощнейшую инфраструктуру нефтяной столицы Республики Коми – наш любимый Усинск. Всё это строилось десятилетиями, и история города – это всё же отдельные судьбы людей, бросивших вызов и себе, и непокорной северной природе.

С Зоей Андреевной Олийнык мы встретились накануне её 79-летия. 55 лет своей жизни она посвятила нашему краю. Расположившись в уютной комнате, мы начали беседу.

– Зоя Андреевна, с чего началась ваша «северная одиссея»?

– С 56-го года я работала швеёй в Лениногорской больнице, а когда по всей стране начались комсомольские стройки, мы с мужем и двумя дочерьми в 1962 году решили переехать из села Старая Письмянка в посёлок Каджером Печорского района. Нас поселили в бараке. Супруг был направлен в НРЭ-2 (трест «Войвожнефтеразведка»), на буровую под Лемью, а я осталась дома с детьми.

– С мужем-то виделись?

Зоя Андреевна улыбнулась:

– В том-то и дело. Приехал он как-то и заикнулся о том, что на буровой и с семьями живут. Я – ему: «А мы что?». Он: «Нет. Мастер не любит женщин на буровой». А я его любить-влюблять не собиралась. Взяла детей, нехитрые пожитки – и на паровоз до Лемью. Там спросила, как добраться до буровой, а парни как раз грузили на бурскладе бортовую машину «железками» какими-то. Постелили брезент, посадили меня с дочками, и по лежнёвке мы отправились в дорогу.

Муж встретил нахмуренный, а мастер ещё нахмуреннее...

– Назад не отправили?

– Наоборот. Выделили балок на санях, с буржуйкой. А чуть позже мы переехали на следующую буровую. Там взяли меня помощником повара в котлобак. Работали на износ. Подъём в 4 утра. Печь была кирпичная – топили дровами, а они-то – в лесу, да ещё и сырые. Трактора не было – тягали вручную. Выручала солярка с буровых дизелей. Вёдрами носили воду с ручья. Тяжело, но работе были рады.

– Долго вы пробыли там в таких условиях?

– В 65-м году, уже и дня не помню какого, приехал начальник экспедиции и сказал, что нас перебрасывают на Шердино. Вертолётом! Никто из нас это чудо ещё в глаза не видел – все собрались и смотрели, как на ракету космическую.

Летели очень долго. А там нас ждала радость – бараки с центральным отоплением. Я чуть не расплакалась…

– Зоя Андреевна, я так понимаю, вся ваша молодость – это, по сути, кочевая жизнь?

– Да, так и есть. Позже я работала на третьей Усе – это уже НРЭ-4 (будущая «Усинскгеонефть»). Детей отправили в интернат в Ухту. Виделись с ними только на каникулах. Потом 6-я буровая, а затем и 1-я на Харьяге.

– Вы присутствовали при бурении первой харьягинской скважины?

– О Харьяге вообще воспоминания особые. Я работала уже поваром. Печь была каменная – топили углём, а уголь навезли баржами и свалили на берегу Колвы. Ох и натаскались мы его вёдрами… Да ещё одна беда была. Продукты завозили редко (из-за погодных условий), и, когда мука заканчивалась, хлеб пекли из макарон. Многократно перемалывали – вот и «мука». Но опара-то не поднималась. Так мы придумали вот что: несколько бутылок водки в чан с мукой выливали и всё получалось. (Здесь мне вспомнился рассказ бывалого буровика, как они тоже «придумали». Когда такой хлеб пекли, один повара отвлекал, а другой ставил охлаждённую на морозе кружку в печь. Полминуты – пол-кружки спирта).

– А когда вы уж осели, так сказать?

– В 1980-м нам дали квартиру. Я к тому времени отучилась на кочегара и работала в Парме в котельной. Ну а 13 мая 1990 года я вышла на пенсию.

– И, как говорится, – жизнь только тогда началась, – засмеялся я.

– Начался «бабушкин период». У меня три внучки и шесть правнуков. Заняться есть чем. Жаль, в 2009 мужа похоронила. Скучаю очень.

– Внуки-правнуки не дают соскучиться?

– Ими и живу.

Я смотрел на эту удивительно скромную, но невероятно сильную духом женщину и понимал, что только их поколение, выросшее и возмужавшее в послевоенные годы, воспитанное людьми, уничтожившими фашизм, могло вынести подобные тяготы и лишения не то что безропотно, а с гордостью – за себя и страну. 55 лет на Крайнем Севере! Вся её жизнь – подвиг, но она, конечно, так не считает.

На груди – медаль «Ветеран труда СССР» и знак «Ударник коммунистического труда», а на столе множество грамот и благодарностей от высоких руководителей.

Но главной наградой для таких людей должно стать наше равнение на них. На людей-первопроходцев, пионеров наших полярных зорь.

Алексей Осипов